От команды кофейни-коворкинга Mamo.space Рождественский Семейный маркет 
Спешите сегодня найти подарки себе любимой, своему малышу и родным
Наша особая мастерская #ArtForAutism_Ukraine тоже тут!
Игрушки на елочку у нас самые лучшие 
А компанию нашим пингвинчикам и звездам составляют поросятки от мастера #savamade 
Ждем вас по ул. Благовещенская, 1)
Не забудьте рассказать друзьям!

мастерская3

Поделиться в социальных сетях

0

Поведенческий аналитик и мама сына с аутизмом о том, на что нужно обратить внимание, если у ребенка есть задержка речи

Автор: Мэри Барбера / Mary Barbera
Источник: barberabehaviorconsulting.com

У многих детей младшего дошкольного возраста бывает задержка речи. В некоторых случаях задержка речевого развития – это признак чего-то большего, в том числе, аутизма. Для родителей вопрос о том, что означает задержка речи у их ребенка, может быть крайне сложным и болезненным, особенно когда они пытаются попасть к специалисту в области аутизма, найти которого до сих пор очень сложно. Я знаю об этом по своему собственному опыту. В этой статье я хочу кратко описать, на что важно обратить внимание в этот период неопределенности. Также я хочу подчеркнуть, что могут сделать родители, независимо от того, аутизм ли это или «просто» задержка речевого (психического) развития.

Как и в случае многих других детей с аутизмом, сначала у моего сына Лукаса была просто задержка речевого развития. В два года он посещал обычный детский сад, он не плакал и редко капризничал. Раз в неделю он посещал логопеда, и первоначально логопед был настроен оптимистично – мне говорили, что речь появится, и все будет хорошо.

Хотя по профессии я была медсестрой, я не знала о типичных этапах психического развития, и я даже никогда не слышала про ранние признаки аутизма. В свою защиту скажу, что это были 1990-е годы, до появления Google или Фейсбука, а официальный уровень аутизма среди детей в США составлял 1 случай на 500, а не 1 на 50, как сейчас.

За один день до того, как Лукасу исполнилось три года, у него диагностировали аутизм. В тот момент я поставила для себя цель – я узнаю все, что могу, про ранние признаки аутизма, и я буду обучать им педиатров в нашем штате Пенсильвания. Я смогла сделать это благодаря гранту на раннее выявление аутизма от организации «Первые признаки». Я не могу диагностировать аутизм, но как медсестра, а теперь и как поведенческий аналитик с большим опытом работы в области аутизма, я всегда стараюсь обращать внимания на первые возможные признаки аутизма у ребенка. Например, если в 18 месяцев или в два года ребенок говорит слишком мало или вообще не говорит.

Ниже я перечисляю те факторы, на которые я всегда обращаю внимание. Если у вашего ребенка есть эти ранние признаки аутизма, пожалуйста, не надо паниковать. Независимо от того, подтвердится диагноз «аутизм» или нет, уже сейчас вы можете начать действовать, чтобы помочь вашему ребенку.

На какие признаки нужно обратить внимание при задержке речи у детей

Указательный жест, чтобы что-то попросить или привлечь внимание

В первую очередь, если речь идет про ребенка в возрасте от 18 до 24 месяцев, я проверяю, есть ли у него указательный жест. Раньше я не понимала, какую огромную роль играет указательный жест в психическом развитии ребенка. К 18 месяцам, в крайнем случае, к двум годам, ребенок должен уметь привлекать ваше внимание к чему-то с помощью указательного жеста. И речь идет не о том, чтобы ребенок показывал на что-то раз в месяц, он должен делать это постоянно. Ребенок должен указывать на те предметы, которые он хочет, например, на пачку сока или на игрушку. Он также должен указывать на что-то, чтобы привлечь ваше внимание – это то, что мы называем разделенное внимание, указывать с целью что-то вам показать. Например, ребенок указывает на самолет в небе, чтобы вы тоже на него посмотрели. Даже если он пока не может сказать «самолет», но он может показать на него пальцем и сказать вам «о, о!» – это очень хороший знак. Один из основных «тревожных звоночков» в отношении аутизма – отсутствие указательного жеста.

Понимание речи

Помимо указательного жеста, я проверяю, в какой степени ребенок понимает речь других людей, даже если он сам совсем не говорит. Когда моему сыну было два года и шесть месяцев, я пригласила к нам домой фотографа. Я помню, что тогда, в 1990-х годах, фотограф отдал Лукасу упаковку для пленки и сказал: «Держи малыш, выброси это». Лукас явно не понимал, что он вообще говорит. Тот фотограф удивленно посмотрел на него, словно хотел сказать «ты же уже достаточно большой». Тогда я не знала, в какой степени он должен понимать речь в этом возрасте, и я не придала этому значения. Сейчас я осознаю, что тогда Лукас совсем не понимал чужую речь. Это была не просто задержка экспрессивной речи, но и задержка рецептивной речи.

Я хочу подчеркнуть, что задержка рецептивной речи сама по себе не обязательно говорит об аутизме. У ребенка с такой задержкой может и не быть аутизма. Но в случае Лукаса, и в случае многих других детей, аутизм проявлялся в тяжелой задержке как экспрессивной, так и рецептивной речи.

Навыки игры

Помимо указательного жеста и понимания речи, я всегда обращаю внимание на то, как ребенок играет. Ребенок играет с разными игрушками, с более чем одной игрушкой? Или он полностью сосредоточен на каком-то одном предмете, например, хочет все время носить его с собой? Когда он играет, он выполняет одно и то же действие снова и снова, например, раскладывает кубики? Не пару минут, пока вы заняты чем-то своим, а час за часом, когда кажется, что ребенок вполне доволен повторением этого действия и отсутствием речи? Например, ребенок может часами раскладывать предметы в ряд или вращать что-нибудь. Такие виды поведения – возможные признаки аутизма.

Повторение чужих действий

Наконец, в 18-24 месяца для ребенка естественно повторять за окружающими их действия, например, помахать вам «пока-пока», когда вы прощаетесь, или запустить самолетик, если вы это сделали. Отсутствие имитации ваших действий может быть потенциальным признаком аутизма.

Таким образом, само по себе отсутствие речи еще не говорит об аутизме. Важно принять во внимание то, как ребенок играет, умеет ли он имитировать чужие действия, понимает ли он язык, пытается ли он общаться с помощью жестов. Если он никак не имитирует других людей во время игры, и если он не понимает чужую речь, это может быть больше, чем просто задержка речи.

Также смотрите: Онлайн-тест M-CHAT-R на ранние признаки аутизмаПособие для родителей о симптомах аутизма.

Что могут сделать родители при задержке речи у ребенка

Я работала с сотнями, если не с тысячами детей как поведенческий аналитик, и я поняла, что неважно, аутизм это или задержка речевого развития – методы прикладного анализа поведения (ПАП) помогут ребенку улучшить речь и уменьшить проблемы поведения. Я также работала с маленькими детьми, у которых удалось предотвратить диагноз «аутизм», так как благодаря интенсивной поведенческой терапии они смогли быстро «подтянуться» и сравняться со сверстниками.

Так что я рекомендую три шага, если у вашего ребенка есть задержка речи и возможные признаки аутизма. Возможно, вы сейчас ждете назначенного визита к врачу, пытаетесь «выбить» помощь или ищете специалиста, чтобы узнать другое мнение о диагнозе. В любом случае, вы можете составить конкретный план действий на основе этих трех шагов.

1. Узнайте как можно больше про типичные этапы развития и постарайтесь сравнить их с развитием вашего ребенка. Существуют очень подробные описания и таблицы о том, какие навыки должны быть у ребенка в том или ином возрасте. Так что если вашему ребенку 4 месяца, 8 месяцев, 18 месяцев или два года, вы можете определить, есть ли у ребенка отставания в физическом, познавательном и языковом развитии. Например, когда у ребенка должен появиться указательный жест, когда он должен начать говорить фразами из двух слов, когда он должен есть самостоятельно. Очень важно обращать внимание не только на развитие речи – обратите внимание на навыки самообслуживания. Например, ребенок может самостоятельно есть ложкой, пить из открытой чашки? Может ли он самостоятельно успокоиться, или у него часто бывают истерики и другое проблемное поведение, потому что он не понимает мир вокруг себя? Такие описания – это просто ориентиры, это не значит, что все без исключения двухлетние дети обязаны это уметь. Но если вы видите, что у вашего ребенка не появилось практически никаких навыков, которые обычно формируются в два года, но он может все, что могут дети в 18 месяцев – это значит, что задержка есть, но она не очень сильная. Такое сравнение также поможет вам определить, над какими навыками ребенка нужно работать, и с каким запросом обращаться к специалистам.

2. В любом случае, если у ребенка есть задержка по сравнению с типичными этапами развития, вам нужно обратиться к врачу. В возрасте между 2 и 3 годами у нашего сына не было общих обязательных обследований, мы с мужем беспокоились о его развитии, но даже не думали о том, чтобы обращаться к врачу. Лучше всего сразу ищите специалиста, который может провести процесс диагностики, и с которым можно обсудить возможную помощь. Во время беседы с врачом, опишите все, что вас беспокоит, перечислите все задержки, которые вы обнаружили у вашего ребенка, а если ребенок посещает детский сад, то заранее поговорите с воспитателями – возможно, есть что-то что беспокоит их, но вы об этом не знаете. Если вам сложно понять, как пройти диагностику в вашем регионе, попробуйте связаться с местной организацией родителей детей с аутизмом или просто найти родителей детей с аутизмом и поговорить с ними.

3. Постарайтесь узнать как можно больше о прикладном анализе поведения (ПАП). Пока ребенок еще маленький, даже если у него диагностирована тяжелая форма аутизма, интенсивная терапия на основе ПАП может оказать огромную помощь и будет способствовать тому, чтобы ребенок вел нормальную жизнь в будущем. Даже если окажется, что это просто задержка речевого развития, терапия на основе ПАП ребенку не повредит – она лишь поможет ему быстрее освоить речевые навыки. Самый лучший подход для родителей – самостоятельно и активно обучаться стратегиям на основе ПАП и сразу же начать применять их со своим ребенком дома. ПАП применяется для детей с разными расстройствами и задержками развития, и он помогает развивать социальные навыки и речь.

Также смотрите: «Десять полезных книг для родителей детей с аутизмом».

Подводя итоги: если у вашего ребенка или ребенка, которого вы знаете, есть задержка речи, и вы подозреваете, что это может быть аутизм: «погуглите» этапы типичного развития ребенка; поговорите с воспитателями, врачами, другими родителями и обратитесь за диагностикой, будьте настойчивы и обращайтесь за помощью как можно раньше; узнайте как можно больше про методики ПАП и о том, как они могут помочь вашему ребенку.

источник http://outfund.ru/autizm-ili-zaderzhka-rechevogopsixicheskogo-razvitiya-kak-ponyat/

Поделиться в социальных сетях

0

Наши швы все лучше
Иголка, нитка, пуговки и заклепки…
Хотите оценить наши успехи и поддержать нас?
Приходите на нашу Новогоднюю ярмарку 22 декабря 
Скоро-скоро подробности и фоточки изделий которые можно будет приобрести

P.S. следующая встреча мастерской 1 декабря
#buyandhelp #артУрок #ОсобливаМайстерня#ArtForAutism_Ukraine#фондКвітиЖиття
#мастерим #шьем #Харків #Україна #арт #аутизм#аутизмАрт
#flower #paper #artlesson in #special_workshop
#art #autism #autismArt #Kharkiv #Ukraineмастерская1

Поделиться в социальных сетях

0

Доктор Винод Менон, руководитель лаборатории, которая занимается фундаментальными исследованиями мозга, о том, как отличаются структуры мозга при аутизме, и как знания об этих отличиях могут повлиять на помощь детям и взрослыми с РАС

Доктор Винод Менон, профессор психиатрии и поведенческих наук Стэндфордского университета, США, и директор Стэндфордской лаборатории когнитивных и системных исследований мозга, которая проводит междисциплинарные исследования функций и дисфункций человеческого мозга. Ниже приводится интервью с доктором Меноном, которое он предоставил во время III Международной научно-практической конференции «Аутизм. Выбор маршрута».

Вы занимаетесь исследованиями того, как структуры мозга связаны с симптомами аутизма, верно?
Да, мы пытаемся определить, в чем отличия головного мозга детей с аутизмом от мозга детей с типичным развитием. Потому что чем лучше мы будем понимать эти отличия, тем проще нам будет помогать детям с аутизмом.

С другой стороны, мы пытаемся определить, какие участки мозга и особенности его работы объясняют различия между детьми с аутизмом, ведь аутизм – это очень гетерогенное расстройство. Есть люди с аутизмом и IQ 140-145, а есть люди с аутизмом и IQ 50. Так что с когнитивной точки зрения существует очень большой разброс среди людей с аутизмом, поэтому его и называют «спектр». И мы пытаемся определить, в чем причина таких значительных различий.

Есть люди с РАС с низким и высоким функционированием. Есть люди с довольно высокими языковыми навыками, у некоторых из них языковые навыки даже выше, чем у многих людей в контрольной группе. Например, у них может быть повышенная способность к чтению слов, то есть то, что называется гиперлексией. С другой стороны, есть дети, которые практически не могут говорить, так что это очень широкий спектр. И это важный вопрос, потому что от этого зависит, какую коррекционную помощь вам следует предоставлять.

Таким образом, у нас две задачи – понять, в чем отличия индивидов с аутизмом от нейротипиков, и почему между самими людьми с аутизмом существует так много различий, и от каких механизмов работы мозга это зависит.

Другая важная задача, которая стоит перед нами – определить «мишени» в структурах мозга, те области, в которых существуют нарушения, и на которые можно повлиять с помощью коррекции. Понять, какие из затронутых систем обладают пластичностью, и как мы можем их изменить. И это очень увлекательные области современных исследований.

Удалось ли уже сделать какие-либо открытия в этих областях?

Одни из наиболее интересных результатов, полученных нами – отличия в нейронных путях, которые связаны с поощрением, у людей с аутизмом. Существуют участки головного мозга, которые помогают людям воспринимать социальную коммуникацию как награду. На самом деле, для нейротипичных людей социальная коммуникация связана с очень сильным поощрением, и этот процесс включает определенную нейронную сеть.

Мы показали, что у детей с аутизмом работа этой нейронной сети нарушена. Более того, степень нарушений в данной нейронной сети соответствует степени нарушений в области социальных навыков у данного индивида.

Эти данные можно получить с помощью структурной томографии, благодаря которой мы можем рассмотреть реальные нейронные пути в головном мозге. Мы также можем сделать функциональную томографию, то есть предоставлять человеку определенные стимулы во время томографии мозга, в частности, мы предоставляли участникам звуковые стимулы, например, когда с ними говорили. И функциональные данные также показали отличия в системе поощрений головного мозга. Мы показали, что когда ребенок с аутизмом воспринимает биологически значимые звуки, например, когда с ним говорить мать, мы можем определить дисфункциональные нейронные сети.

Таким образом, мы получили убедительные данные о том, что при аутизме нейронные пути, связанные с вознаграждением, нарушены. В результате, при социальных взаимодействиях мозгу детей с аутизмом не хватает поощрений. Это говорит в пользу поведенческих методик, которые основаны на предоставлении дополнительных поощрений детям с аутизмом, чтобы с помощью этих поощрений вовлекать их в социальную коммуникацию и развивать социальные навыки. И это показывает, как исследования в области мозга и в области лечения дополняют и подтверждают друг друга.

Вы имеете в виду методы развития мотивации на основе прикладного анализа поведения?

Да. Существует так называемая «теория социальной мотивации». Согласно этой теории, для детей с аутизмом социальное взаимодействие не является мотивирующим само по себе. И в рамках этой теории сейчас пытаются объединить данные о нейронных сетях, связанных с поощрением, и данные об эффективности таких вмешательств как ПАП или обучение ключевым реакциям (PRT). Сейчас наша цель определить, как сделать эту нейронную сеть нашей мишенью, и можно ли скорректировать нарушения в этой сети, если обучать ребенка социальным навыкам, предоставляя поощрения, обусловленные желательным поведением.

Мне кажется, это именно то направление, в котором следует двигаться. Нужно определить наиболее эффективные пути, которые будут «подталкивать» эту систему мозга в нужном направлении – к взаимодействию и общению с другими людьми.
Если вы говорите о «подталкивании» системы, значит, эти отличия в мозговых структурах не являются раз и навсегда определенными, они могут измениться?

Да, эти структуры могут быть гибкими, правда, эта пластичность не является абсолютной. О какой степени гибкости мы говорим? Этот вопрос пока остается открытым.

Тем не менее, мы знаем, что поведенческие вмешательства – это наилучший шанс, который у нас есть, чтобы добиться изменений. Крайне важно, чтобы эти методы начинали применяться как можно раньше. Ведь аутизм – это нарушение развития, которое начинает проявляться очень-очень рано. К возрасту 3 лет мы можем достоверно установить этот диагноз. Чем младше ребенок, тем пластичнее его мозг, поэтому очень важно начинать коррекцию как можно раньше.

Когда именно у ребенка появляются эти структурные отличия мозга?

Вы имеете в виду структурные дефициты? На данный момент, мы можем с уверенностью говорить о том, что это происходит во время третьего триместра беременности. Механизм, который является причиной возникновения этих особенностей – это, по всей видимости, дефицит миграции клеток. Другими словами, это значит, что клетки не мигрируют к нужной мишени на ранних стадиях развития мозга, кроме того, существует нехватка пресинаптического прунинга. Это объясняет тот факт, что для многих детей с аутизмом характерна крупная голова при рождении. Можно сказать, что аутизм – это расстройство синаптической пластичности, его причина в том, как нейроны соединяются друг с другом.

Вы не могли бы пояснить, что такое прунинг?

Прунинг – это процесс селективного уничтожения связей между нейронами. Это «лишние» связи, которые не нужны. В данном случае речь идет о связях, которые влияют на поведение индивида в окружающей среде. Система нашего мозга формируется с огромным количеством «лишних» связей между нейронами. Таким образом, у нашего мозга изначально есть огромный потенциал для «настройки». В дальнейшем, во время социального взаимодействия, особенно во время общения с родителями и другими близкими в первые годы жизни, эти нейронные сети «настраиваются». На самом деле, родители предоставляют мозгу огромные объемы информации – о голосе, о лице, о взаимодействии, о прикосновениях и так далее.

Если мы говорим об аутизме, то изначально существуют дефициты миграции клеток – не все клетки достигают нужного места. Помимо этого, существует недостаточный прунинг – мозг не «настраивается» нужным образом во время взаимодействия с окружающей средой. Оба эти фактора способствуют развитию симптомов аутизма.

В чем основные причины этих факторов? И в какой степени проявления аутизма зависят от его причины?
Отвечая сразу на второй вопрос: очевидно, что аутизм – это очень гетерогенное расстройство, но идет ли речь о континууме, или есть отдельные кластеры аутизма в зависимости от причин – этого мы пока не знаем. Важно помнить еще и о том, что аутизм, как правило, сопровождается различными сопутствующими расстройствами. Например, это могут быть синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), тревожные расстройства и нарушения настроения. Все эти расстройства сказываются на клинической картине конкретного человека. Крайне редко можно встретить индивидов с «чистым» аутизмом. И если говорить об уровне функционирования человека, то на него влияет не только аутизм, но и все сопутствующие проблемы.

Если говорить о причинах, то, если взять генетику, существует около 200 основных генов, вариации которых так или иначе связаны с развитием аутизма. Все эти гены так или иначе связаны с синаптической пластичностью. Однако не существует одного-единственного гена, который вызывает аутизм. Речь идет о влиянии большого количества генов. Как именно эти генетические вариации могут привести к развитию аутизма? Мы до сих пор не знаем ответа на этот вопрос, поскольку речь не идет об одном или 4-5 генах.

Эти вариации генов, как правило, не являются распространенными, очень часто речь идет о мутациях de novo, то есть мутациях, которые возникли спонтанно, и их нет ни у одного из родителей. И это одна из причин, почему генетические причины аутизма так трудно поддаются изучению.

Мы знаем, что многие из этих генетических вариаций вызывают повышенную возбудимость нейронов, то есть они приводят к увеличению сигналов между различными участками мозга, сигналов аномально много. Именно по этой причине примерно у 30% детей с аутизмом есть или эпилепсия, или эпилептоподобная активность мозга. И в этих случаях важнее не то, какие структуры затронуты, а то, что нейроны обладают повышенной возбудимостью.

Другие теории, которые сейчас активно обсуждаются, включают влияние материнских инфекций – то есть, повышенный риск аутизма в результате инфекций во время второго и третьего триместра беременности. Влияние факторов окружающей среды сейчас в принципе активно изучается, как среди людей, так и путем создания моделей на животных. Данных в этой области становится все больше, но я считаю, что пока рано говорить о чем-либо с уверенностью, и, в любом случае, такие факторы как материнские инфекции могут объяснить лишь небольшую часть случаев. Тем не менее, это жизнеспособная модель – процесс воспаления, связанный с инфекцией, может вызвать аномалии в миграции клеток и прунинге синапсов еще во время внутриутробного развития.

Вы говорите о развитии аутизма еще до рождения ребенка, но некоторые родители говорят о том, что в определенный момент ребенок переживал регресс, «откат» в уже приобретенных навыках. Такое возможно?

Да, я не помню точно о какой доле детей с аутизмом идет речь, но есть доказательства того, что регрессы при аутизме возможны. Как правило, они происходят в раннем возрасте, определенно в возрасте до 5 лет. И при таком течении аутизма диагностика может быть затруднена, поскольку проявления отличаются. Тем не менее, мы говорим об относительно небольшой подгруппе детей с аутизмом. И я считаю, что при доступности подходящих диагностических инструментов у многих таких детей можно диагностировать аутизм в возрасте от двух лет, определенные аспекты симптомов могут присутствовать у них еще до наступления регресса.

Вопрос еще в том, что до определенного момента родители часто не замечают проявлений аутизма. Это в первую очередь верно для тех случаев, когда это первый ребенок в семье. Все по умолчанию считают, что их ребенок развивается нормально, и часто родители начинают обращать внимание на какие-то симптомы, только когда в жизни ребенка что-то происходит. Как я уже говорил, это расстройство крайне гетерогенное, его проявления могут быть очень разнообразны, и некоторые из них можно заметить только по прошествии времени.

Существуют ли какие-то положительные аспекты аутичного мозга?

Да, у детей с аутизмом часто бывают очень развитые специализированные навыки в той или иной области. Например, способность рисовать с удивительным вниманием к деталям, у некоторых детей есть очень развитые способности к математике.

Кроме того, есть люди, которые не соответствуют диагностическим критериям аутизма, но у них есть то, что называют «расширенный фенотип аутизма», то есть очень слабо выраженные аутистические черты. Как правило, это люди с очень высокими интеллектуальными способностями, которые научились успешно компенсировать свои социальные дефициты таким образом, что они не оказывают значительного влияния на их жизнь.

Есть теория о том, что многие физики, инженеры и математики относятся к расширенному фенотипу аутизма, то есть, они не в спектре аутизма, но «близки» к нему. Вполне возможно, что именно низкая заинтересованность в социальном взаимодействии помогает их мозгу стать «узко специализированным», обеспечивает повышенную сосредоточенность на учебных и профессиональных задачах, и это позволяет стать великим математиком или физиком. То есть, в какой-то степени они платят ограниченным социальным взаимодействием за успех в этих областях.

Часто упоминают людей с савантизмом, то есть исключительными, необычными способностями, но в реальности их крайне мало. Гораздо чаще у людей с аутизмом встречаются более широкие, выдающиеся навыки в какой-то конкретной области.
Тем не менее, если мы говорим не о людях с расширенным фенотипом аутизма, а о людях с РАС, важно понять, что социальные дефициты будут мешать реализации способностей в любой сфере. Если мы говорим о математиках, например, то современный ученый-математик – это не тот, кто просто сидит один в кабинете и решает математические задачи. Он должен быть способен общаться с другими людьми и взаимодействовать с ними каждый день. Все мы, люди – в первую очередь социальные существа. Первоочередная задача в помощи этим детям – это именно коррекция проблем социального взаимодействия.

Можно ли скорректировать эти проблемы с помощью инклюзии, предоставления детям с аутизмом возможности контактировать со сверстниками?

Да, конечно, такие контакты необходимы. Вопрос в том, что это необходимо делать в рамках запланированного и структурированного обучения. Нельзя просто приводить детей с аутизмом в ситуации, которые включают много общения, и ждать, что это возымеет действие. Спонтанного развития социальных навыков не произойдет, потому что в этом и заключается основная проблема при аутизме – навыки социального взаимодействия не развиваются спонтанно. Я уже говорил о теории недостаточной социальной мотивации при аутизме. Так что нужно модифицировать для таких детей окружающую среду и создавать такие условия, в которых социальное взаимодействие будет для них связано с поощрениями.

Для детей самого младшего возраста это можно обеспечить с помощью обучения родителей. Именно родители общаются со своими детьми больше, чем кто-либо еще. Поэтому можно добиться очень значительных результатов, если обучать родителей эффективным методикам взаимодействия с детьми. Затем родители смогут поощрять самое разное поведение ребенка в течение каждого дня, и это оказывает большое влияние на дальнейшее развитие ребенка. Конечно, это требует огромной работы, но я считаю, что это наилучшая модель, которая есть у нас на сегодняшний день.

Вы говорите о воздействии на структуры мозга с помощью научно-обоснованных методов, например, поведенческой терапии. Но в реальности многие родители пробуют самые разные методики, в том числе те, чья эффективность не была подтверждена научными исследованиями. Например, многие родители обращаются в частные коммерческие клиники, которые обещают лечение аутизма с помощью различных видов стимуляции мозга, например, транскраниальной магнитной стимуляции. Что вы можете об этом сказать?

Я считаю, что использовать такие методы пока рано, на данный момент нет научных доказательств их безопасности и эффективности. В США, Японии и многих других странах транскраниальную магнитную стимуляцию нельзя применять на детях. Лишь недавно ее стали практиковать среди детей старшего возраста, но для маленьких детей она однозначно не одобрена. Так что мы не можем даже проводить подобные эксперименты. Существуют потенциальные очень серьезные риски, которые могут быть связаны с транскраниальной стимуляцией, и которые очень сложно предсказать. Подобная стимуляция может привести к самым разным вариантам чрезмерной активности отдельных участков мозга. Слишком рискованно вмешиваться в систему, если мы не совсем понимаем, к чему это приведет.

Я считаю, что в обозримом будущем подобные методы могут быть одобрены для применения при аутизме, но для этого необходимо еще много научных исследований. Мы должны понять, какие именно области мозга должны стать мишенью. Аутизм влияет на многие глубокие области мозга и транскраниальная магнитная стимуляция может никак не влиять на них.

На данный момент ТМС применяется для взрослых людей с различными психиатрическими расстройствами, например, депрессией и тревожными расстройствами, но не с аутизмом. И я не видел еще ни одного качественного исследования, которое бы предполагало, что ТМС может быть эффективна при РАС. На данный момент, это лишь один из потенциальных подходов к лечению, но он требует дальнейших и последовательных исследований.

Я считаю, что нужно проявлять большую осторожность, и не ожидать от этого метода слишком многого. Такая стимуляция для детей требует особой осторожности – пока это экспериментальный подход, при котором нельзя исключить возможные негативные последствия. Магнитная стимуляция изменяет нейронные сети мозга. Это может иметь как положительный эффект, так и отрицательный. Родителям важно понимать, что не стоит соглашаться на такие методы, если речь не идет об участии в одобренных клинических испытаниях.

Существуют ли какие-то другие, биомедицинские подходы к изменению структур мозга при аутизме?

Фармакологические препараты, которые применяются при аутизме, направлены на конкретные симптомы, например, тревожность или дефицит внимания. Есть препараты, которые потенциально смогут воздействовать на симптомы самого аутизма, но пока эти исследования находятся на очень ранних стадиях, и надо понимать, что то, что оказывается успешным в испытаниях на мышах, например, может быть неэффективным для людей. Некоторые ученые исследуют потенциальное действие таких веществ как окситоцин или вазопрессин. Есть данные о том, что такие препараты могут увеличить социальную вовлеченность при аутизме. Однако это лишь предварительные данные, которые пока не очень убедительны, и явно необходимо еще очень много работы в этом направлении.

Какие подходы к коррекции симптомов аутизма вы считаете самыми многообещающими?

В первую очередь, это поведенческая терапия. Если говорить о поведенческих методах, то есть различные возможные нейробиологические объяснения их действия, но я считаю, что, в первую очередь, они воздействуют на нейронные пути, которые связаны с вознаграждениями. Многие современные подходы, например, PRT, в первую очередь направлены именно на развитие социальной мотивации.

Если говорить об эффективной помощи при аутизме в целом, то она состоит из четырех компонентов. Во-первых, это ранняя диагностика. Во-вторых, это обучение родителей тому, как взаимодействовать с ребенком и поощрять его социальное поведение. В-третьих, это поведенческая терапия, которая будет направлена на развитие социальной мотивации и будет подталкивать ребенка в сторону социального взаимодействия. И, наконец, это медицинское лечение отдельных симптомов, например, тревожности.

Возможно, в ближайшем будущем появятся новые препараты для коррекции других симптомов, например, снижения двигательных трудностей. Также сейчас ведется несколько исследований, которые должны ответить на вопрос о том, как подбирать вмешательства для конкретного ребенка в зависимости от неврологических особенностей. Я считаю, что эти исследования будут активно развиваться в будущем, и они покажут, на какие нейронные сети должна быть направлена коррекция при аутизме.

Ведь, в конечном счете, мы говорим о системе, которая может развиваться. И мы можем научить ее реагировать на социальное взаимодействие. Сейчас мы довольно хорошо понимаем эти системы головного мозга. Остается понять, как, опираясь на эти знания, сделать методы помощи более эффективными.

источник http://outfund.ru/

Поделиться в социальных сетях

0

Новые книги, описывающие методы помощи при аутизме, подкрепленные научными доказательствами, были представлены издательствами на III Международной научно-практической конференции «Аутизм. Выбор маршрута»

Еще несколько лет назад специализированной литературы об аутизме на русском языке практически не существовало, а в редких изданиях можно было встретить теории о «матерях-холодильниках» и другую информацию, давно опровергнутую данными научных исследований. Однако постепенно ситуация начинает меняться, появляется все больше книг, которые посвящены действительно эффективным методикам помощи детям и взрослым с РАС. Представляем вашему вниманию несколько изданий 2018 года, которые были представлены издательствами в рамках специальной постер-сессии III Международной научно-практической конференции «Аутизм. Выбор маршрута». Все эти книги объединяет то, что они посвящены научно-обоснованным методам поддержки при аутизме.

 

Кэрол Грей «Социальные истории (тм). Инновационная методика для развития социальной компетентности у детей с аутизмом», Издательство: «Рама Паблишинг», Екатеринбург, 2018.

Социальные истории – эффективный метод, который помогает объяснять детям с аутизмом те повседневные ситуации, которые кажутся им непонятными и запутанными. В книге Кэрол Грей, автор метода, подробно объясняет: как написать социальную историю, как сделать ее подходящей для конкретного ребенка, как ее применять и оценивать эффективность. Кроме того, в книге приводится множество примеров социальных историй на самые разные случаи жизни.

 

Марлен Дж. Коэн, Питер Ф. Герхардт «Визуальная поддержка. Система действенных методов для развития навыков самостоятельности у детей с аутизмом», Издательство: «Рама Паблишинг», Екатеринбург, 2018.

Методы визуальной поддержки являются эффективными инструментами для обучения детей и подростков с аутизмом академическим и повседневным навыкам, а также для развития их персональных возможностей и самосовершенствования. Руководство сертифицированного специалиста по прикладному анализу поведения Марлен Коэн и ее коллеги Питера Герхардта содержит подробное описание наиболее действенных видов визуальной поддержки и стратегий их использования для развития языковых и социальных навыков, улучшения памяти, внимания и повышения мотивации. Читатели смогут использовать методы визуальной поддержки для обучения и развития говорящих и невербальных детей начиная с дошкольного возраста, а также узнают, как правильно уменьшать применение средств визуальной поддержки, чтобы помочь ребенку стать более самостоятельным.

 

Елена Григоренко «Расстройства аутистического спектра. Вводный курс. Учебное пособие для студентов», Издательство: «Практика», Москва, 2018.

Учебное пособие содержит в себе ключевую информацию о расстройствах аутистического спектра. Опираясь на материал современных исследований расстройств аутистического спектра (РАС), автор рассматривает как исторический контекст изучения РАС, так и современные подходы к диагностике, вмешательству и поддержке людей с РАС. Особое внимание уделяется проблемам, с которыми приходится сталкиваться людям с расстройствами аутистического спектра и их семьям, и опыту решения этих проблем в развитых странах.

Подробнее: Скачать электронную версию пособия.

 

«Дети с расстройствами аутистического спектра в детском саду и школе. Практики с доказанной эффективностью» Довбня С., Морозова Т., Залогина А., Монова И. Фонд «Обнаженные сердца», Москва, 2018

Книга написана для родителей и специалистов, которые работают с детьми с РАС. Авторы издания — эксперты Фонда «Обнаженные сердца» детский невролог Святослав Довбня и клинический психолог Татьяна Морозова — постарались осветить наиболее важные вопросы развития и обучения детей с аутизмом. В практическом пособии подробно рассказано об особенностях обучения детей с РАС, современных подходах к развитию коммуникации и социальных навыков, способах оценки причин поведения и формировании социально приемлемого поведения, использовании разных видов визуальной поддержки.

 

Учебник по Денверской модели раннего вмешательства. Развиваем речь, умение учиться и мотивацию у детей с аутизмом. Роджерс С., Доусон Д. Издательство: «ИП Толкачев», Москва, 2018.

В учебнике излагаются теория и практические компоненты Денверской модели раннего вмешательства (ESDM); описаны процессы написания краткосрочных и долгосрочных целей по развитию ребенка; методики обучения имитации, игре, невербальной и вербальной коммуникации и обучения в условиях группы. В приложении — список целевых навыков для построения учебного плана. Все программы адаптированы для обучения на русском языке. Книга обязательна к прочтению перед обучением на вводном онлайн-семинаре по ESDM — первая ступень сертификации.

 

Таубман М., Лиф Р., Макэкен Д. «Есть контакт! Социализация людей с аутизмом с помощью прикладного поведенческого анализа. Учебные программы» Издательство: «ИП Толкачев», Москва, 2018.

Авторы книги — руководители между-народной компании Autism Partnership, одной из старейших научных групп, внедривших прикладной анализ поведения для терапии детей с РАС. Первая часть книги посвящена описанию основного обучающего метода — «учебного взаимодействия», процедуры оценки социальных навыков и алгоритму создания программ с помощью анализа задания и стратегического анализа. Во второй части содержится 31 учебная программа для обучения наиболее значимым социальным навыкам.

источник http://outfund.ru

Поделиться в социальных сетях

0

Поддержать нас (VISA/MasterCard)

Реклама