О необходимости понять мотивацию поведения при попытках его объяснить

 

sensory-aba

 

Я мама маленького мальчика, у которого недавно диагностировали аутизм. Наш педиатр направил нас к сертифицированному поведенческому аналитику (BCBA) для помощи с проблемами в поведении сына дома, например, с тем, что он кусается. Я слышала, что поведенческие аналитики не «верят в сенсорные проблемы», а эти проблемы являются центральными при аутизме. Будет ли поведенческий аналитик подходящим специалистом, раз он или она даже не поверит, что у моего сына есть проблема?

Отвечают Карл Сандберг, доктор прикладного анализа поведения (BCBA-D), Центр поведенческого анализа при аутизме, и Дэвид Целиберти, доктор прикладного анализа поведения (BCBA-D), Ассоциация за науку в лечении аутизма.

Этот вопрос возникает часто, так что мы очень рады, что он был задан. Некоторые считают, что поведенческие аналитики — это «антисенсорные» специалисты, и что они будут выступать против сенсорной диеты, массажей, глубокого давления, прыжков на батуте и так далее для людей с расстройствами аутистического спектра. Однако это необязательно так, и мы хотели бы воспользоваться данной возможностью, чтобы объяснить, как именно поведенческие аналитики подходят к сенсорным проблемам. В действительности, сам термин «проблемы» может быть проблематичным и неоднозначным, потому что из него непонятно, идет ли речь о сенсорных предпочтениях или неприятии определенных сенсорных стимулов, равно как и непонятно, человек «любит» определенные сенсорные ощущения или же «нуждается» в них. Для разработки плана терапии подобная разница очень существенна, как мы покажем в примерах ниже.

В первую очередь, будет полезно обсудить, какой многообразной может быть мотивация. Сенсорный опыт с разной модальностью, вариациями, движением и давлением может мотивировать любого из нас, особенно если речь идет о детях. Вы когда-нибудь ловили себя на том, что постукиваете карандашом по столу, перебираете пальцами, кусаете ногти или лопаете пузырчатую пленку (личное предпочтение первого автора)? Если да, то как вы считаете, это «сенсорные потребности» или «сенсорные проблемы»?

Очень важно не забывать о том, что нас также мотивирует другой опыт. Иногда нас мотивирует чужое внимание в форме улыбки, понимающего взгляда или смеха. В других ситуациях это что-то конкретное и ощутимое, например, новая пара кроссовок или произведение искусства. Мы все практикуем самые разные виды поведения, чтобы получить эти виды опыта. С другой стороны, иногда нас мотивирует потребность избежать или прекратить какую-то форму внимания (например, когда мы запираем дверь кабинета или игнорируем звонок от рекламного агента), или мы пытаемся избежать конкретной вещи (например, квитанции на штраф или нелюбимых овощей).

Почему это важно? Во-первых, оценка проблемного поведения должна точно определить мотивацию такого поведения (то есть, «функцию» поведения), только тогда можно будет выбрать наиболее эффективное вмешательство. Эффективное поведенческое вмешательство разрабатывается только после определения функции проблемного поведения. Любой «интуитивный» или «стандартный» подход может оказать медвежью услугу вашему сыну или любому другому человеку, который пытается повлиять на окружающую среду нежелательным способом. Давайте рассмотрим гипотетические сценарии о нескольких детях. В каждом примере преднамеренно будет фигурировать одно и то же поведение — кусание.

— Томми кусает воспитательницу, когда она пытается помочь ему надеть ботинки.

— Ганнер кусает учительницу, когда она кладет карточки со словами на его парту.

— Лиза кусает своего отца, когда он прекращает играть с ней и пытается выйти из комнаты, чтобы ответить на телефонный звонок.

— Садхир может укусить старшего брата, когда у старшего брата в руках iPad.

— Садхир также кусает няню, когда она говорит ему убрать iPad.

— Антонио кусает одноклассника, который сел слишком близко к нему на занятии.

— Мелани кусает одноклассников, когда звучит пожарная тревога, или когда ее старшая сестра включает громкую музыку.

— Дженника кусает отца за руку, когда он надевает рубашки с длинными рукавами.

— У Митчелла режутся зубы, и он кусает пластмассовую вешалку.

Как вы можете видеть из вышеперечисленных примеров, одно и то же поведение (кусание) может происходить в совершенно разных контекстах и, скорее всего, оно выполняет разные функции.
В некоторых случаях, мотивация поведения в получении или сохранении желанного предмета или занятия, в то время как в других случаях ребенок пытается уклониться или избежать чего-то неприятного. Мы надеемся, что вы заметили, как «сенсорное» объяснение, основанное только на факте укусов, может упустить мотивацию из виду в большинстве этих случаев.

Так что наш первый вывод — не каждая поведенческая проблема имеет сенсорное объяснение, другими словами, сенсорная стимуляция не всегда имеет отношение к мотивации поведения.
Если же мы будем считать определенное поведение «сенсорным» по умолчанию, рекомендуемое сенсорное вмешательство может не оказать реальной помощи.

Во-вторых, мы должны различать сенсорные потребности и сенсорные предпочтения. В качестве примера подобной разницы возьмем такое поведение как мытье рук. Эйприл и Элис — две женщины, которые очень часто моют руки.

— Эйприл моет руки каждый раз, когда она касается дверной ручки, мокрой поверхности или пользуется офисным телефоном. Она сообщает, что боится микробов, и если мытье рук откладывается (например, когда она на встрече или в туалете очередь), то она демонстрирует признаки нервного возбуждения. С точки зрения поведенческого аналитика мытье рук в ее случае поддерживается отрицательным подкреплением, потому что это поведение избавляет Эйприл от дискомфорта, связанного с немытыми руками. Эйприл может сказать: «Мне действительно нужно вымыть руки, и для меня огромное облегчение это сделать».

— По другую руку (простите за каламбур) у нас Элис, которая также моет руки по нескольку раз в день. Ей ужасно нравится «первоклассное» карамельное мыло в туалете двумя этажами выше ее офиса. Для нее не проблема постоять в очереди, чтобы попасть в этот туалет. С точки зрения поведенческого аналитика мытье рук в ее случае поддерживается положительным подкреплением, потому что в результате она получает предмет, который ей нравится. Элис может сказать: «Мне очень нравится мыть руки именно этим мылом. Надеюсь получить его в подарок на день рождения».

Как видите, для Эйприл это «потребность», а для Элис «удовольствие». Чтобы привести пример имеющий больше отношения к аутизму, давайте заменим мытье рук на качание на качелях. Как и многие другие дети, некоторые дети с аутизмом очень любят качаться, они будут стараться, чтобы заработать доступ к качелям, и будут демонстрировать явные признаки удовольствия на качелях. В то же время другие дети при состоянии сильного нервного возбуждения могут успокоиться, если покачаются на качелях, но совсем не обязательно, что они сами выберут это занятие (точно также таблетка обезболивающего может избавить ребенка от боли, но совсем не обязательно, что он будет ее просить).

Так что наш второй вывод — даже если поведение направлено на получение сенсорных ощущений, оно не всегда отражает «потребность».

Давайте посмотрим, когда термин «сенсорная потребность» используется неправильно. Не так уж редко можно встретить человека с аутизмом, чье нежелательное поведение, например, кусание, может прекратиться, если надеть на него утяжеленный жилет, или, например, истерика может прекратиться, когда ему дадут печенье. В обоих случаях у человека чего-то не было. И в обоих случаях поведение, с большой вероятностью, исчезнет, как только он получит жилет или печенье.

Это указывает на то, что эти предметы являются подкрепителями, а функция поведения состоит в доступе к ним. Тогда почему же в первом случае (кусание, чтобы получить жилет) часто делается вывод, что причина поведения в «сенсорных потребностях», в то время как во втором случае (истерика, чтобы получить печенье), никто не говорит о «пищевых потребностях» как причине?

Занятия, которые стимулируют наши чувства, могут выполнять разные поведенческие функции в зависимости от мотивации. Прыжки на батуте с большой вероятностью будут повторяться из-за подкрепляющего вестибулярного эффекта — это весело. Можно задаться вопросом: «Я прыгаю на батуте, потому что мне нужно прыгать на батуте, или потому что это весело?» Но в обоих случаях я буду делать все возможное ради возможности попрыгать на батуте (и тем самым подтверждать его подкрепляющую ценность). При этом поведение будет зависеть от истории подкреплений и наказаний, речевого репертуара, социальной обусловленности и, возможно, уровня депривации или силы мотивации. Например, если я очень долго прыгал на батуте, моя мотивация прыгать может снизиться, и я с меньшей вероятностью буду прибегать к поведению, которое позволит мне попрыгать.

Наконец, любая дискуссия о «сенсорных потребностях» будет неполной без обсуждения вопроса сенсорной гиперчувствительности. Мы также знаем людей с аутизмом, которые крайне негативно реагируют на сенсорные стимулы (например, громкие звуки, яркое освещение) и которые слишком чувствительны к определенным поверхностям или тканям (например, ярлычку на одежде или определенным продуктам). Эти дети и взрослые учатся тем видам поведения, которые позволяют уменьшить подобную неприятную стимуляцию. Однако это не относится только к аутизму — повышенная чувствительность к определенным стимулам может быть и у людей без аутизма. Есть люди, которые будут испытывать сильный дискомфорт в ситуациях, которые покажутся безобидными большинству из нас (например, громкая музыка).

Люди с необходимыми исходными навыками начнут прибегать к поведению, которое позволит уменьшить тревожность, связанную с неприятным сенсорным опытом, например, это может быть избегание (покинуть ситуацию), уклонение (не допустить подобную ситуацию) или несовместимое поведение (техники релаксации). Но в этих случаях у человека уже есть сложный репертуар навыков. Редко встретишь взрослого человека без аутизма, который начнет кричать или драться, столкнувшись с сенсорным дискомфортом. У большинства из нас есть сложный речевой репертуар, который позволяет нам компенсировать ситуацию или договориться более социально приемлемым образом.

К сожалению, у многих людей с аутизмом нет репертуара, чтобы облегчить тревожность или дискомфорт социально приемлемым образом. При этом многие неприемлемые виды поведения сформировались много лет назад и доказали свою эффективность для избавления от неприятной стимуляции.

Если мы находимся в комнате, где слишком громко играет музыка, то мы уйдем или попросим ее выключить. Если и то, и другое невозможно, то мы можем решить потерпеть. При этом наш опыт говорит о том, что такое поведение как укусы приведет к нежелательным для нас социальным последствиям. Но что если:

— Мы не владеем языком, чтобы попросить выключить музыку?

— Мы не знаем, что можем уйти, или не можем об этом попросить, или нас заставляют остаться?

— Социальные последствия не так значимы для нас, как для большинства людей? Другими словами, нам все равно, как мы будем выглядеть в глазах окружающих, и пригласят ли нас сюда снова?

Если все вышеперечисленное верно, то мы вполне можем начать кусаться, чтобы музыку выключили или чтобы нас вывели отсюда.

Теперь, предположим, что все эти навыки у нас есть, и мы всегда можем избавиться от стресса или сенсорной перегрузки, избежав ситуации, либо мы терпим дискомфорт, потому что такое поведение сформировано у нас социальными последствиями. Скорее всего, никто даже и не подумает, что у нас есть сенсорные проблемы и не предложит нам сенсорную диету или сенсорную интеграционную терапию. Однако, когда человек с аутизмом испытывает точно такой же дискомфорт и пытается избежать его единственным доступным способом, то говорят, что у него «сенсорные проблемы», хотя лучше сказать, что ему не хватает навыков.

Так что наш финальный вывод — «сенсорные» трудности указывают на необходимость обучения новым навыкам, и этим навыкам можно обучать с помощью стратегий поведенческого анализа.

Напоследок, мы вовсе не утверждаем, что у поведения вашего сына нет сенсорных причин. Мы лишь говорим о том, что возможны и другие объяснения его поведения, которые могут быть выявлены в ходе функциональной оценки, и эти альтернативные объяснения надо тщательно рассмотреть. Для того, чтобы разработать наиболее подходящий, индивидуализированный план терапии для вашего сына, сначала нужно проанализировать функции его поведения, оценить, есть ли сенсорные причины этого поведения (и связаны ли они с «потребностью» или «удовольствием»). Также необходимо определить навыки (например, навыки просьбы), которые сейчас у него отсутствуют и которые смогли бы вытеснить или заменить поведение кусания, либо позволить ему справиться с ситуацией, лучше повлияв на окружающую среду.

источник

http://outfund.ru/

 

Поделиться в социальных сетях

0

Советы о том, как мягко поговорить с родителями о возможном аутизме у их ребенка

Автор: Лиза Джо Руди / Lisa Jo Rudy
Источник: Autism.about.com

 

 

Вы провели много времени в компании ребенка родственников или друзей. И вы разумный человек и понимаете, что каждый ребенок развивается со своей скоростью, но вы почти уверены, что заметили признаки аутизма. И вам кажется, что его родители об этом даже не догадываются. Более того, повторяющееся и сенсорное поведение ребенка кажется им просто «милым».

Вы думаете, что нужно что-то сказать по этому поводу. Но что?

Вот несколько рекомендаций о том, как можно мягко подать родителям идею, что, возможно, у их замечательного, умного и любящего ребенка может быть аутизм.

Задавайте открытые вопросы. Иногда лучший способ для родителей осознать отличия своего ребенка — это самим поразмышлять над своими наблюдениями. Чтобы помочь родителям, вы можете задавать открытые вопросы, например: «Старший брат Джейми был таким же в этом возрасте?» или «В какие игры вы обычно играете с Джилл?» Ответы на такие вопросы помогут родителям задуматься о том, что Джейми намного отстает в развитии от сверстников, или что Джилл совсем не интересуется играми с ними.

Поделитесь нейтральными наблюдениями. Родителям всегда неприятно услышать что-то негативное о своих детях. Комментарий вроде «Билли уже должен был заговорить в этом возрасте», скорее всего, положит конец вашему разговору. Однако нейтральные комментарии скорее помогут открыть им глаза. Например, когда ребенок закрыл уши руками десятый раз за час, вы можете просто отметить: «Вижу, Карли остро реагирует на все громкие звуки. Она чувствительна к чему-нибудь еще?»

Поговорите о своем опыте. Вместо того, чтобы предполагать, что у чужого ребенка может быть нарушение развития, попробуйте поделиться собственным опытом. Так родителям будет о чем подумать, и им не придется защищать поведение ребенка (или свои собственные действия). Например: «Ребенок моей подруги почти совсем не говорил до четырех лет, так что они отвели его на обследование. Сейчас он занимается с логопедом и прогресс налицо».

Предложите ресурсы. Если вы много знаете про аутизм, то, вероятно, вы также знаете источники надежной информации, имена хороших врачей и терапевтов, адреса родительских организаций и так далее. Вместо того, чтобы говорить «Вам нужно обследовать ребенка», попробуйте дать им понять, что когда они будут готовы, они смогут обратиться к вам за ресурсами. Например: «Мне кажется, что вас беспокоит развитие Сэма. Если решите проконсультироваться с экспертом, то у меня есть контакты прекрасного детского невролога».

Упомяните что-нибудь положительное про аутизм. Родители могут впадать в паралич от одной мысли о том, что их ребенок может быть «болен». В этом состоянии они могут не обращаться за диагнозом и не искать помощи, и в результате ребенок может потерять важные возможности для коррекции и терапии. Иногда причина такого паралича в неверных представлениях об аутизме. Возможно, вы решите описать какую-нибудь ситуацию, в которой ребенок с диагностированным аутизмом достиг значимой цели. Например: «У моего племянника аутизм, но он все равно добивается успеха: в своей школе он один из лучших игроков в шахматы!»

Подчеркивайте тот факт, что родители никогда не виноваты в аутизме. Давным-давно матерей винили в аутизме детей, называя их «матерями-холодильниками». По счастью, эту идею давно опровергли, но многие родители все равно чувствуют, что какие-то их действия (или бездействие) могли вызвать задержку в развитии ребенка. Важно уверить родителей, что задержка в развитии не может быть их виной, и что ранняя помощь может оказать реальное и положительное влияние.

источник

http://outfund.ru

 

Поделиться в социальных сетях

0

Американка Синтия Ким открыла магазин товаров для «стимминга» взрослых людей с расстройствами аутистического спектра (РАС)

 

 

Полтора года назад Синтия Ким, женщина из США, у которой диагностирован синдром Аспергера (форма аутизма), открыла Интернет-магазин для аутичных людей от аутичных людей — Stimtastic. Ее небольшой бизнес успел стать популярным в сообществе аутизма, его основная тема — самостимуляции при аутизме или «стимминг», а его девиз: «Потому что стимминг — это то, что мы делаем».

Для аутичных людей любого возраста характерны так называемые самостимуляции или стереотипии — непроизвольные однообразные движения или действия, которые не служат какой-то конкретной цели, но позволяют получить специфические сенсорные ощущения. Типичные самостимуляции — тряска кистями рук, раскачивание туловища, постукивание по предметам, «мычание» под нос, манипуляции с определенным предметом, перебирание пальцами перед глазами.

В сообществе аутизма такие движения обозначают жаргонным словом «стимы» или «стимминг» (сокращение от термина «самостимуляция»), это же слово используют как глагол — «стимить» или «стимиться». Часто «стимы» связаны с особенностями восприятия информации от органов чувств при аутизме, из-за которых человек может искать определенные ощущения.

Вопрос о том, что делать со «стимами» часто вызывает противоречия. Многие родители и некоторые специалисты считают, что от любых самостимуляций при аутизме нужно срочно избавиться, так как они являются видимым проявлением неврологических отличий человека и привлекают к нему негативное внимание окружающих.

Однако многие взрослые с РАС, которые могут говорить о своем опыте, считают, что «стимы» помогают им успокоиться и являются для них естественным способом саморегуляции. У многих таких взрослых есть неприятные воспоминания о том, как их одергивали, хватали за руки или делали замечания при появлении стимминга, что приводило лишь к переживаниям и проблемам с самооценкой. Теперь некоторые из них стараются открыто говорить о стимминге и не скрывать его, чтобы противостоять болезненному прошлому.

Многие современные специалисты занимают умеренную позицию в отношении самостимуляций при аутизме. Они признают, что даже при желании «избавиться» от самостимулирующего поведения чрезвычайно сложно, и обычно у детей с РАС есть куда более насущные проблемы, над которыми нужно работать, чем потряхивание кистями рук. Они предлагают корректировать только те виды самостимуляций, которые опасны для самого аутичного человека или окружающих, либо являются серьезным препятствием для образования. Даже в этом случае, речь идет скорее о более безопасной или уместной замене поведения. Например, если ребенок с РАС жует и грызет случайные несъедобные предметы, можно научить его пользоваться специальным кулоном для жевания.

Интернет-магазины с различными «сенсорными» игрушками для самостимуляций, например, теми же кулонами для жевания, существуют давно. Однако в основном в них представлены товары для детей, и часто их дизайн совершенно неуместен для подростков и взрослых. Особенность магазина Stimtastic в том, что он специализируется именно на товарах, которые могут подойти аутичным взрослым, при этом эти товары выбираются такими же аутичными людьми, которые понимают их опыт.

«Очень многие компании, которые работают с аутичным сообществом, сосредоточены только на родителях/детях или для них характерен патологизирующий тон, — говорит Синтия Ким. — Моя цель в том, чтобы взрослые и подростки, которые стимят, могли приобретать нужные им товары, не чувствуя дискомфорта или неуважения».

Магазин предлагает браслеты, кольца и другие украшения, которые можно легко перебирать и теребить в руках, кулоны для жевания, «стим-игрушки» для манипуляции руками или вращения, утяжеленные предметы, которые можно положить на колени.

Клиентами магазина становятся не только аутичные люди, но и люди с сенсорными проблемами без аутизма, СДВГ, диспраксией и другими особенностями, при которых тоже нередки самостимуляции.

Работа компании основана на пяти принципах:

Доступность: Стим-игрушки и украшения должны быть доступны, так что магазин старается по возможности гарантировать невысокие цены.

Репрезентация: В качестве моделей и в демонстрации товаров участвуют только аутичные люди. Дизайн оригинальных товаров для магазина заказывается только аутичным художникам.

Инклюзия: Украшения не делятся на мужские и женские. Магазин указывает только размеры каждого предмета, а покупатели сами решают, какой стиль им подходит.

Социальная ответственность: 10% с продаж магазина возвращаются аутичному сообществу в качестве пожертвований в благотворительные организации, помогающие аутичным людям, либо в качестве адресной помощи аутичным людям в трудной ситуации.

Принятие: Магазин рассматривает стимминг как неотъемлемую часть жизни аутичных людей и гарантирует, что описания на сайте будут отражать эту позицию, что сделает покупки более безопасными и приятными.

По мнению Синтии Ким, многие люди с аутизмом приучились подавлять стимы в публичных местах, часто испытывая от этого стресс. Подобные товары позволяют им «стимить» менее заметным образом, и сам факт того, что теперь можно делать это в различных ситуациях является освобождающим для многих.

Одна из покупательниц магазина, Тесса, пишет, что когда она приобрела в магазине колье для жевания, ее одноклассники в школе проявили к нему интерес, причем скорее положительный. «Это очень странно, потому что все детство я училась прятать стимминг, и мне то и дело говорили, что если другие его увидят, то это их расстроит, — пишет она. — Но теперь, когда я стала более открытой насчет стимминга, люди скорее интересуются тем, что я делаю, а вовсе не расстраиваются».

Помимо услуг магазина сайт компании предлагает блог «Как стимить» и приглашает всех желающих добавлять туда посты, стать моделью для товаров или присылать видео собственного стимминга.

На данный момент все товары магазина были лично отобраны и протестированы аутичными людьми. В дальнейшем компания планирует запустить собственную линию «стим-игрушек», над созданием которых будут работать аутичные люди.

источник

http://outfund.ru/

 

Поделиться в социальных сетях

0

b41c8b48-de26-470c-a134-ca1b97b1b2e4_f_improf_756x489

При условии успеха на Indiegogo первая версия браслета Reveal должна поступить в продажу в 2017 году.

Осталось 5 дней!

Гаджет должен стать помощником для родителей, чьим детям был поставлен диагноз аутизм: основная задача Reveal — контроль за эмоциями и перепадами настроения.

Для этого он оборудован несколькими не очень сложными датчиками: пульсометром, датчиком температуры кожи и датчик пота. На основе получаемых данных можно будет определить стресс ребенка и состояние тревоги. В будущем планируется разработать алгоритм уведомлений.

Браслет обладает повышенной степенью защиты от повреждений и воды. Особое внимание было уделено и материалу, из которого сделан гаджет. Сообщается, что в процессе было перепробовано практически все от кожи и стали до пластмассы и силикона, чтобы найти такой состав, который бы не вызывал раздражений и не доставлял дискомфорта чувствительным детям.

источник

http://medgadgets.ru/interesnye-gadzhety/reveal.html

 

Поделиться в социальных сетях

0

Сложно сосчитать, как много детей и людей с РАС живут в искусственно молчаливом мире, но внутри себя с нетерпением ждут, когда же будет нарушена эта тишина. А сколько драматических ситуаций я встречала в семьях, где невозможность достучаться до ребёнка с РАС становится вялотекущим испытанием на прочность нервной системы для всех домочадцев.

5 стратегий, как вдохновлять к коммуникации ребёнка с аутизмом
Как специалисту по речевой терапии мне очень приятно вызывать и поддерживать коммуникацию у неговорящих или малоговорящих детей с расстройствами аутистического спектра (далее – РАС).Сложно сосчитать, как много детей и людей с РАС живут в искусственно молчаливом мире, но внутри себя с нетерпением ждут, когда же будет нарушена эта тишина. А сколько драматических ситуаций я встречала в семьях, где невозможность достучаться до ребёнка с РАС становится вялотекущим испытанием на прочность нервной системы для всех домочадцев.Поэтому мне так радостно делиться работающими стратегиями для увеличения коммуникации с детьми с РАС, а также знакомить семьи  c альтернативными возможностями общаться (помимо речи). Для начала пусть это будет общение по поводу базовых нужд – регулярное и рутинное.

Особенно удобна универсальность пяти стратегий, которые я предлагаю. Они одинаково хорошо работают, чтобы вдохновить к коммуникации говорящих, неговорящих и малоговорящих детей с РАС.

1. Войдите в мир особого ребёнка, вооружившись ЕГО мотиватором к общению

Для большинства детей пища – это прекрасная мотивация и объект для поощрения. Также объекты поощрения и мотивации следует искать среди игрушек ребёнка, мультфильмов, любимых героев из книг и кино, среди простых игровых занятий (мыльные пузыри, качели, подкидывание воздушного шарика, игра в мяч, езда на детском мотоцикле, толокаре), среди друзей и ближайших родственников.

Например, если ваш особый ребёнок отчётливо выделяет для общения кого-то из родственников, используйте именно этого человека как вдохновителя для коммуникации. Распечатайте фото и просите ребёнка показать на «любимую бабушку». Громко называйте имя любимого члена семьи – и просите повторить.

Или обменивайте небольшую фотографию родственника на выполненное ребёнком задание на подражание и повтор слов. Ставьте фотографию повыше, чтобы ребёнок должен был её попросить. А если этот родственник живёт с вами, то пусть он сам поощряет любые эпизоды коммуникации или подражания, обнимая и гладя ребёнка.

2. Постоянно называйте эмоции, которые испытывает ребёнок

Например, если ребёнок приходит в кухню в поисках еды, громко называйте его чувство: «Ты хочешь есть». Чем чаще ребёнок слышит определение чувства в соответствующих обстоятельствах, тем чётче он понимает это чувство.

Также у многих дефектологов есть мнение о том, что нужно исходно предлагать ребёнку формулировку от первого лица: «Я хочу есть», «Я рад папе» и т.п. Таким образом вы, родитель, становитесь проводником ребенка в мир эмоций и задействуете готовые к повтору шаблоны. Здесь вам на помощь приходит речевая особенность ребенка с РАС – продленный во времени этап эхолалий.

Эта стратегия требует неуклонности, регулярности и естественной подачи. Смоделируйте для себя те случаи, когда ребёнок обижен, доволен, счастлив, возбуждён, заинтересован, и проговаривайте эти чувства: «Я вижу, тебе очень интересно играть с Ваней», «Я вижу, тебе обидно, что Женя не поделился конфетами», «Я вижу, ты любишь мишку», «Я вижу, ты грустный, потому что мы не пошли гулять».

Вы можете использовать визуальное подкрепление, разделив лист на три колонки, где в первой колонке будет ребёнок в определённом настроении (с подписью об эмоции), посередине слова «потому что», в третьей колонке – объяснение причин соответствующей эмоции.

Или комплекты визуальной поддержки, которые сделаны специально для вашего малыша. Начните с подбором хотя бы 3-4 ситуаций на базовые эмоции человека: «Я радуюсь/грущу/злюсь/обижаюсь, потому что/когда…».

По моему опыту, несколько месяцев работы – и неговорящие и неконтактные дети могли сложить из множества карточек объяснения, что они хотят есть, пить, злятся или радуются.

Поскольку выражение эмоций – это важнейший освобождающий шаг для налаживания объёмной разноплановой коммуникации, вы можете привлекать любые варианты визуальной поддержки – от распечатанных PECS до аналогичных программ на планшетах.

3. Предполагаем способности

Считать особого ребёнка способным на многое – один из главных принципов, которые при общении с ним должны внедрять все взрослые – от родителя до школьного педагога. Только эта базовая уверенность в ребёнке расширяет его права и возможности в мире.

К этой же стратегии относится общее настроение и строй речи, которые мы используем при обращении к ребёнку с аутизмом. Важно говорить и общаться с ним максимально так же, как со здоровым ребёнком. То есть создавать правила, внедрять требования, интересоваться эмоциями и мыслями, советоваться и учитывать мнение. Этой же стратегии следует обучить всех тех взрослых, которые часто общаются с ребёнком.

4. Моделируйте типичные языковые ситуации и используйте электронные стимуляторы речи

5 стратегий, как вдохновлять к коммуникации ребёнка с аутизмом

Моделируйте язык в типичных ситуациях. Частой проблемой неречевых детей с РАС становится незнание и неумение подобрать нужную конструкцию фразы к конкретному желанию и событию.

Поэтому моделируйте нужные конструкции прямо по ходу жизни. Например, видя, что ребёнок тянется за водой, говорите «Я хочу пить».

Просите ребёнка повторить/проговорить конкретную фразу в соответствующей ситуации. Так вы многократно повторяете нужные шаблоны, по которым ребёнок учится соотносить  ощущения с речевыми конструкциями и выражать мысли адекватно.

В дальнейшем, благодаря регулярному моделированию речи в процессе будней вы сможете вводить вежливые формы обращения к другим людям, в частности, слова «пожалуйста» и «спасибо».

Аналогичным путём для обучения речи работают все электронные стимуляторы речи. Это может быть специальная программа для планшетов на платформах iOS и Android, которая позволяет родителям и близким ребёнка с аутизмом показывать ему картинки, соответствующие нужным словам в будничных ситуациях.

Вот как происходит использование электронного стимулятора речи. Ребёнку многократно предлагается нажимать на картинку с определённым смыслом, когда он хочет выразить свою мысль словами, при этом прибор произносит и само слово. Фактически, если провести параллель с известной системой альтернативной коммуникации PECS, в одном приборе объединяются все функции: PECS-картинки + Слова к PECS (обычно произносимые родителем) + Возможность самому использовать изображения в нужном контексте.

Благодаря этому у ребёнка возникает стойкая связь между зрительным образом слова, его звучанием и ситуацией, где оно используется. Упрощённо говоря, мы может достучаться до всех центров, где формируется речь, через использование

  • Зрительного канала + Звучание + Самостоятельная результативная коммуникация.

Электронные стимуляторы речи признаны одной из самых эффективных техник для неговорящих или мало говорящих детей. Буквально за 4-6 месяцев можно достигнуть результата, которого ждали годы напролёт.

Замечательно и то, что даже без явного прогресса в речи, такая техника быстрее раскрывает для ребёнка с РАС широкий доступ к взаимопониманию в общении с людьми, что само по себе решает многие проблемы в коммуникативной части синдрома.

Простое объяснение принципа работы электронных стимуляторов речи можно посмотреть в видео здесь.

5. Применяйте тотальное воздействие на речевую сферу с помощью всех видов прямой и альтернативной коммуникации

Что такое прямая коммуникация? Это коммуникация с помощью всех возможностей тела – жесты, выражения лица, язык жестов и т.п. Возможности тела – это ограничительные пределы для прямой коммуникации.

Что такое альтернативная (дополнительная) коммуникация? Это коммуникация с помощью дополнительных предметов, среди которых наиболее эффективно использовать разнообразные изображения. Ребёнка с аутизмом всегда можно научить использовать изображения, чтобы выразить свои мысли и идеи даже тогда, когда у него нет речи, или она явно недостаточна.

Потому что коммуникация – это не только слова. К коммуникации относится всё, что облегчает понимание или выражение мыслей. В этом процессе наиболее естественно опираться на зрение и зрительные образы, которые формируют до 80% знаний о мире у большинства детей и взрослых.

Яркий пример метода альтернативной коммуникации – система PECS, когда создаётся набор карточек под каждого ребёнка – с учётом особенности его личности, интересов и режима жизни.

Также к альтернативной коммуникации относится привычная нам письменная речь, ведь это тоже символьная система. Мы все знаем, что обозначают буквы: это просто символы, которые введены для звуков по всеобщей договорённости людей (!). Поэтому письменная речь воспринимается нами естественным явлением, хотя по сути является максимально искусственным изобретением человека.

Неречевого ребёнка с РАС мы можем научить глобальному чтению – и это будет пример освоения альтернативной коммуникации.

Но каким образом альтернативная коммуникация помогает развитию собственной речи? Это происходит самым логичным путём. В процессе альтернативной коммуникации он осваивает  дополнительные знаки, развивает абстрактное мышление и символическую деятельность, и это продвигает его к пониманию и освоению очередной символической деятельности – вербальной (звуковой) речи.

Кроме того, видя перед глазами визуальные подсказки, как это будет при использовании PECS, ребенок легче продвинется в построении фраз и увеличении числа слов в отдельном предложении.

Запомните, важно работать с недостатком
или отсутствием речи ГЛОБАЛЬНО (!)

  • Развивая жесты
  • Развивая мимику
  • Вводя альтернативные способы коммуникации с помощью изображений и символов

 

Перевод с дополнениями

Источник:
www.corhelp.ru/narusheniya-i-pomoshh/kommunikatsiya/5-strategij-kak-vdohnovlyat-k-kommunikatsii-rebyonka-s-autizmom/

Поделиться в социальных сетях

0

Поддержать нас (VISA/MasterCard)

Семинары

Реклама